Магия

Материал из Телемапедия по-русски
Перейти к навигации Перейти к поиску
«Цирцея подаёт бокал Одиссею», Джон Уильям Уотерхаус

Магия или колдовство — это использование верований, ритуалов или действий, связанных с верой в то, что они могут повлиять на естественные или сверхъестественные существа и силы[1]. Современные западные маги также часто заявляют, что основной целью магии является личный духовный рост и трансформация человека, который её практикует[2].

Вера в магию и магические практики существовали с самой ранней историей человечества и продолжают играть важную религиозную и духовную роль во многих культурах сегодня[3]. В обществе занятия магией часто вызывают подозрение, и поэтому магические работы обычно проводятсяв уединении и тайне. Понятие магии как категории, отдельной от религии, впервые появилось в иудаизме, который презрительно высказывался о практике языческого поклонения, предназначенной для умиротворения и получения благ от богов, отличных от Яхве, называя ее магией [4]. Ваутер Ханеграафф, нидерландский религиовед и исследователь западного эзотеризма, утверждает, что магия на самом деле «...в значительной степени полемическая концепция, которая использовалась различными религиозными группами либо для описания своих собственных религиозных убеждений и практик, либо — чаще — для дискредитации других».[5].

Содержание

Этимология

Слово «магия» происходит от латинского magicus, имеющего в свою очередь происхождение от греческого прилагательного magikos (μαγικός), применявщегося для обозначения «магических» искусств персидских магов (греческий: magoi, единственное число mágos, μάγος), зороастрийских жрецов-астрологов древней Персидской империи. Греческая магия впервые упоминается у Гераклита (VI век до н. э.) [6], который осуждает магов за их «нечестивые обряды». Термин «колдовство» был заимствован примерно в 1300 году от старофранцузского sorcerie, которое происходит от sortiarius вульгарной латыни (sors — «судьба»), и, по-видимому, означает «тот, кто влияет на судьбу».

Общие черты магической практики

Ритуалы

Магические ритуалы — это четко регламентированные действия (включая речь), используемые для достижения цели магии. Британский антрополог Бронислав Малиновский описывает ритуальный язык как язык обладающий высоким «коэффициентом странности», под которым он подразумевает, что язык, используемый в ритуале, является архаичным и необычным, помогая должным образом настроить сознание, чтобы усилить веру в ритуал[7]. Однако антрополог Стэнли Джеараджа Тамбия отмечает, что даже если сила ритуала, как утверждают, заключена в словах, «слова становятся эффективными только в том случае, если они произносятся в совершенно особом контексте других действий». Эти другие действия обычно состоят из жестов, возможно, выполняемых со специальными объектами в определенном месте или в определенное время. Объект, местоположение и исполнитель могут потребовать предварительной очистки. Это требование проводит параллель с «условиями успешности речевого акта», которые британский философ языка Джон Лэнгшоу Остин предъявляет к перформативным высказываниям[8]. Под «перформативностью» Остин подразумевает, что сам ритуальный акт достигает заявленной цели. Например, свадебную церемонию можно понимать как ритуал, и только при правильном выполнении ритуала происходит брак. Французский социолог Эмиль Дюркгейм подчеркивает важность ритуалов как инструмента достижения «коллективного кипения», которое помогает объединить общество. С другой стороны, некоторые психологи сравнивают такие ритуалы с ритуалами, совершаемыми при обсессивно-компульсивныых расстройствах, отмечая, что фокус внимания при этом смещается на более низкий уровень воспроизведения простых жестов[9]. Это приводит к понижению значимости цели, поскольку уделяется больше внимания правильному выполнению ритуала, чем связи между ритуалом и целью.

Магические символы

Шлем благоговения (страха) (эгишьялмр) — магический символ, который викинги носили для непобедимости. В современности используется последователями Асатру для защиты.

Магия часто использует символы, которые считаются действенными в силу своей природы. Антропологи, такие как Джеймс Фрейзер (1854 — 1938), разделили принципы действия символов на две основные категории: «принцип подобия» и «принцип передачи через контакт». Фрейзер далее классифицировал эти принципы как подпадающие под «симпатическую магию» и «контагиозную магию». Фрейзер утверждал, что эти концепции были «общими или родовыми законами мышления, которые неправильно применялись в магии»[10].

Принцип подобия

Принцип подобия, также известный как «ассоциация идей», который подпадает под категорию симпатической магии, заключается в том, что если определенный результат следует за определенным действием, то это действие и ответственно за результат. Поэтому, если снова выполнить это действие, можно ожидать того же результата. Одним из классических примеров такого способа мышления является образ петуха и восхода солнца. Когда кричит петух, это реакция на восход солнца. Основываясь на симпатической магии, можно по-разному интерпретировать эти серии событий. Закон подобия предполагает, что, поскольку восход солнца следует за криком петуха, петух, должно быть, вызвал восход солнца[11]. Причинно-следственная связь выводится там, где при другом способе мышления она не могла бы быть. Поэтому практикующий может верить, что если он сможет заставить петуха закричать, он сможет контролировать время восхода солнца. Другим использованием принципа подобия является построение и манипулирование изображением какого-либо объекта, (например, изготовление куклы вуду), которые, как полагают, оказывают соответствующее воздействие на сам объект (например, сломанная конечность куклы приведет к травме соответствующей конечности того, кого изображает кукла).

Принцип контакта

Другой основной тип магического мышления включает в себя принцип контакта. Этот принцип предполагает, что как только два объекта вступают в контакт друг с другом, они будут продолжать влиять друг на друга даже после того, как контакт между ними будет прерван. Один из примеров, который приводит Стэнли Джеараджа Тамбия, связан с усыновлением. Например, согласно традиции некоторых племен американских индейцев, когда ребенок усыновляется, его или ее приемная мать протаскивает ребенка через часть своей одежды, символически представляя процесс рождения и тем самым создавая связь ребенка с собой[12]. Таким образом, ребенок эмоционально становится ее, даже если у них отсутствует биологическое родство. Как это комментирует Клод Леви-Стросс: рождение «будет состоять, следовательно, в том, чтобы сделать явной ситуацию, изначально существующую на эмоциональном уровне, и сделать приемлемыми для ума родовые схватки, которые не проживало тело... женщина верит в миф и принадлежит к обществу, которое верит в него»[13].

Символы во многих культурах, использующих магию, рассматриваются как разновидность технологии. Туземцы могут использовать символы и символические действия, чтобы вызвать изменения и улучшения, подобно тому, как люди Западной культуры могут использовать передовые методы орошения для содействия плодородию почвы и росту сельскохозяйственных растений. Майкл Браун приводит в пример использование камней нантаг среди Агуаруны как нечто похожее на этот тип «технологии»[14]. Эти камни контактируют c черенками растений, таких как маниок, прежде чем они будут посажены, чтобы способствовать росту. Нантаг являются мощными материальными символами плодородия, поэтому их вводят в контакт с культурами, чтобы передать их плодородие растениям.

Другие утверждают, что ритуальные действия являются просто терапевтическими. Тамбия приводит пример туземца, ударяющего палкой по земле. В то время как некоторые могут интерпретировать это действие как символическое (то есть человек пытается силой заставить землю приносить урожай), другие просто увидят, как человек высвобождает свое разочарование в плохой урожайности. В конечном счете, является ли действие символическим или нет, зависит от контекста ситуации, а также от онтологии культуры. Многие символические действия происходят из мифологии и уникальных ассоциаций, в то время как другие ритуальные действия являются простым выражением эмоций и не предназначены для произведения каких-либо изменений.

Магический язык

Магическая работа почти всегда связана с использованием языка. Произнесенные вслух или невысказанные, слова часто используются для доступа к магической силе или ее направления. В книге «Магическая сила слов» (1968) С. Дж.Тамбия утверждает, что связь между языком и магией обусловлена верой в присущую словам способность влиять на вселенную. Бронислав Малиновский в книге «Коралловые сады и их магия» (1935) предполагает, что эта вера является расширением базового использования человеком языка для описания своего окружения, при котором «знание правильных слов, подходящих фраз и более высокоразвитых форм речи дает человеку власть, превосходящую его собственное ограниченное поле действий[15]. Магическая речь, следовательно, является ритуальным актом и имеет равное или даже большее значение для выполнения магии, чем невербальные действия[16].

Магической считается не всякая речь, но только определенные слова и фразы или слова, произнесенные в определенном контексте и получившие, благодаря этому магическую силу[17]. Магический язык, согласно категориям речи К. К. Огдена и И. А. Ричардса (1923), отличается от научного языка тем, что он эмотивен и преобразует слова в символы эмоций; в то время как в научном языке слова привязаны к определенным значениям и относятся к объективной внешней реальности[18]. Поэтому магический язык отличается особым искусством в построении метафор, которые создают символы и связывают магические ритуалы с миром[19].

Б. Малиновский утверждает, что «язык магии имеет сакральную природу, предназначен и используется для совершенно иной цели, чем язык в обычной жизни»[20]. Эти две формы языка различаются выбором слов, грамматикой, стилем или использованием определенных фраз или форм: заклинаний, песен, благословений или, например, декламаций, читаемых нараспев. Сакральный стиль языка часто использует архаичные слова и формы в попытке призвать чистоту или «истину» религиозного или культурного «золотого века». Примером может служить использование иврита в иудаизме[21].

Еще одним потенциальным источником силы слов является их секретность и исключительность. Многие священные языки настолько отличаются от обычного языка, что они непонятны большинству населения и могут использоваться и интерпретироваться только специально обученными практикующими (магами, священниками, шаманами, даже муллами) [22]. В этом отношении Тамбия утверждает, что магические языки нарушают основную функцию языка: коммуникацию[23]. Тем не менее приверженцы магии все же способны использовать и ценить магическую функцию слов, веря в присущую самим словам силу и в значение, которое они должны обеспечивать для тех, кто их понимает. Это приводит Тамбию к выводу, что «столь заметное различие между священным и профанным языком, которое существует как общий факт, не обязательно связано с необходимостью воплощать священные слова в исключительном языке»[24].

Маги

Маг — это любой практикующий магию, является ли он специалистом или обычным практикующим, который не считает себя магом[25].

Одного обладания магическими знаниями может быть недостаточно, чтобы считаться наделенным магической силой; часто человек должен также обладать определенными магическими предметами, чертами характера или жизненным опытом, чтобы быть магом. Например, у африканского племени азанде, чтобы задать вопрос оракулу, человек должен обладать как физическим оракулом (например, «ядовитым оракулом» бэнж или специально приспособленной стиральной доской), так и знанием слов и ритуалов, необходимых для функционирования объекта[26].

Обладанию магической силой могут быть приписаны различные личностные черты, и часто они связаны с необычным рождением в мире[27]. Например, в XVI веке во Фриули (область на севере Италии) считалось, что дети, рожденные в околоплодной оболочке («в рубашке»), были benandanti или «хорошими ходоками» (то есть людьми на стороне добра), которые сражались со злыми ведьмами в ночных битвах за щедрый урожай в следующем году. Они не особенно считали себя ведьмами, хотя этот термин был применен к ним Католической церковью позже, с приходом итальянской инквизиции[28].

Считается, что определенные переживания после рождения также наделяют магической силой. Например, то, что человек пережил смертельную болезнь, может быть воспринято как свидетельство его силы как целителя: на Бали выживание медиума является доказательством его связи с божеством-покровителем и, следовательно, его способности общаться с другими богами и духами[29]. Посвящения, пожалуй, являются наиболее часто используемыми церемониями для установления статуса мага и отличия его от обычных людей. В этих ритуалах устанавливается связь мага со сверхъестественным и его вступление в закрытый профессиональный класс, часто с помощью ритуалов, имитирующих смерть и возрождение в новую жизнь[30].

Учитывая исключительность критериев, необходимых для того, чтобы стать магом, большая часть магии выполняется специалистами[31. Миряне, вероятно, могут совершать некоторые простые магические ритуалы для повседневной жизни, но в ситуациях особой важности, особенно когда речь идет о здоровье или важных жизненных событиях, они будут консультироваться со специалистом-магом[32]. Полномочия как специалистов, так и обычных магов определяются приемлемыми в данной культуре стандартами источников и сферы действия магии. Маг не может просто изобрести или заявить о новой магии; маг настолько силен, насколько другие считают его таковым[33. В разных культурах существуют различные типы магов в зависимости от их способностей, источников силы и моральных соображений, включая разделение на категории, такие как колдун, ведьма, целитель и другие.

Ведьмовство

В ненаучных обществах для объяснения личного или общественного несчастья иногда используется термин «магическое нападение». В антропологическом и историческом контекстах подобные действия часто называются ведьмовством или колдовством, а предполагаемые нападающие — ведьмами или колдунами. Их колдовство часто рассматривается как биологическое свойство или приобретенный навык[34]. Члены таких сообществ могли быть определены как ведьмы, или ведьмы могли восприниматься как сверхъестественные, нечеловеческие существа[35]. В раннем современном периоде в Европе и Великобритании такие обвинения привели к казням десятков тысяч людей, в чьих действиях усмотрели сговор с Сатаной. Те, кого обвиняли в том, что они были «сатанинскими ведьмами», часто практиковали обычную народную магию[36], и английский термин «ведьма» также иногда использовался без уничижительного смысла для описания таких практиков[37].

Теории

Антропологические и психологические истоки

Определение соответствующей терминологии

Основные взгляды на магию в антропологии — функционалистские, символистские и интеллектуалистские. Эти три точки зрения используются для описания того, как магия работает в обществе. Функционалистская точка зрения, которая обычно ассоциируется с Брониславом Малиновским, утверждает, что все аспекты общества значимы и взаимосвязаны[38]. С точки зрения функционализма магия выполняет скрытую функцию в обществе. Символистский подход исследует тонкий смысл в ритуалах и мифах, лежащих в основе общества[39], и занимается вопросами теодицеи — «почему плохие вещи случаются с хорошими людьми?». Наконец, интеллектуалистская точка зрения, связанная с Эдвардом Бернеттом Тайлором и Джеймсом Фрейзером, рассматривает магию как логическую систему знания, но основанную на ошибочном понимании мира.

Магическое мышление

Термин 'магическое мышление' в антропологии, психологии и когнитивной науке относится к каузальному мышлению, часто включающему ассоциативное мышление, например, представление о способности ума влиять на физический мир или корреляцию, ошибочно принятую за материалистическую причинность. Представления о причинно-следственных связях между действиями или событиями могут проистекать из символических ассоциаций, таких как метафора, метонимия, «То, что Вверху, то и Внизу» герметизма и видимой синхронности (магия совпадений).

Психологические теории магии

Психологические теории рассматривают магию как личное явление, предназначенное для удовлетворения индивидуальных потребностей, в отличие от социального явления, служащего коллективной цели. Однако не следует недооценивать интерпретационную силу магии. Как в прошлом, так и в современном мире магические системы верований могут давать объяснения трудным или невозможным для понимания явлениям, обеспечивая при этом духовное и метафизическое обоснование для человека. Кроме того, как Брайан Фелтэм, так и Скотт Э. Хендрикс утверждает, что магические верования не обязательно представляют собой форму иррациональности и не должны рассматриваться как несовместимые с современными взглядами на мир[40].

Интеллектуалистский взгляд

Вера в то, что человек может влиять на сверхъестественные силы с помощью молитвы, жертвоприношения или инвокации, восходит к доисторической религии и присутствует в ранних записях, таких как египетские Тексты пирамид и индийские Веды. Джеймс Джордж Фрейзер утверждал, что магические изыскания являются результатом внутренней дисфункции: «Люди ошибочно принимали порядок своих идей за порядок природы и, следовательно, воображали, что контроль, который они имеют или, как им кажется, имеют над своими мыслями, позволяет им осуществлять соответствующий контроль над вещами»[41].

Другие, такие как Н. У. Томас и Зигмунд Фрейд отвергли это объяснение. Фрейд объясняет, что «соответствующая теория магии просто объясняет пути, по которым развивается магия; она не объясняет ее истинной сущности, а именно непонимания, которое приводит ее к замене законов природы психологическими»[42]. Фрейд подчеркивает, что то, что привело первобытных людей к созданию магии, — это сила желаний: «Его желания сопровождаются двигательным импульсом, волей, которой позже суждено изменить весь лик земли, чтобы удовлетворить его желания. Этот двигательный импульс сначала используется для того, чтобы дать представление об удовлетворяющей ситуации таким образом, чтобы стало возможным испытать удовлетворение с помощью того, что можно было бы описать как моторные галлюцинации. Такого рода представление удовлетворенного желания вполне сравнимо с детской игрой, которая сменяет более раннюю чисто сенсорную технику удовлетворения. [...] С течением времени психологический акцент смещается с мотивов магического акта на меры, с помощью которых он осуществляется, то есть на сам акт. [...] Таким образом, создается впечатление, что сам магический акт, благодаря своему сходству с желаемым результатом, сам определяет возникновение этого результата»[43].

Теории о взаимосвязи магии, науки, искусства и религии

Магия и религия — это категории верований и систем знаний, используемых в обществах. Хотя в западных культурах они обычно рассматриваются как различные категории, взаимодействия, сходства и различия между ними играли важную роль в изучении магии для многих теоретиков в области социологии и антропологии, включая Дж. Фрейзера, М.Мосса, С. Дж. Тамбию, Б.К. Малиновского, Майкла Невина и Изабель Саргинсон. С точки зрения интеллектуалистов и функционалистов, магия часто рассматривается как имеющая аналогию с наукой и техникой.

Марсель Мосс

В «Общей теории магии»[44] французский этнограф и социолог Марсель Мосс классифицирует магию как социальный феномен, сродни религии и науке, но все же отдельную категорию. На практике магия очень похожа на религию. Обе используют схожие типы ритуалов, предметов и материалов, социальных ролей и отношений для достижения целей и порождения веры. Они обе действуют на сходных принципах, в частности, на принципах освящения и святости объектов и мест, взаимодействия со сверхъестественными силами при посредничестве эксперта, использования символики, жертвоприношения, очищения и представления в обрядах, а также важности традиции и передачи знаний. Магия и религия также разделяют коллективный характер и полноту убеждения. Правила и полномочия каждой из них определяются идеалами и убеждениями сообщества и поэтому могут эволюционировать во времени. Кроме того, ни одна из них не поддерживает частичное убеждение, вера в один аспект явлений требует веры в целое. И каждая из них заключает в своей структуре лазейки для проникновения противоречий.

Различие, которое Мосс проводит между религией и магией, касается как умонастроения, так и практики. Он изображает магию как элемент премодернистских обществ и во многих отношениях как антитезу религии. Магия скрытна, изолирована и редко выполняется публично, чтобы защитить и сохранить оккультные знания. Религия предсказуема и предписана, и обычно она проводится открыто, чтобы передать знания сообществу. Хотя эти два явления имеют много общих ритуальных форм, Мосс приходит к выводу, что «магический обряд — это любой обряд, который не играет роли в организованных культах. Это личное, тайное, мистическое и приближается к грани запрещенного»[45]. На практике магия отличается от религии желаемым результатом. Религия стремится удовлетворить моральные и метафизические цели, в то время как магия — это функциональное искусство, которое часто стремится достичь ощутимых результатов. В этом отношении магия напоминает технологию и науку. Вера в каждое из этих явлений размыта, универсальна и удалена от истоков практики. Тем не менее, сходство между этими социальными явлениями ограничено, поскольку наука основана на экспериментах и развитии, в то время как магия — это «априорная вера»[46]. Мосс приходит к выводу, что, хотя магические верования и обряды в наибольшей степени аналогичны религии, магия остается социальным феноменом, отличным от религии и науки, со своими собственными характерными правилами, действиями и целями.

С. Дж. Тамбия

Согласно американскому антропологу Стэнли Тамбии, магия, наука и религия имеют свое собственное «качество рациональности» и находятся под влиянием политики и идеологии[47]. Тамбия также считает, что восприятие этих трех идей эволюционировало с течением времени под воздействием западной мысли. Демаркационные линии между этими идеями зависят от точки зрения различных антропологов, но у Тамбии есть свои собственные воззрения относительно магии, науки и религии.

Согласно Тамбии, религия базируется на организованном сообществе, и она должна охватывать все аспекты жизни. В религии человек имеет обязательство перед внешней силой, и он должен испытывать благочестие по отношению к этой силе. Религия эффективна и привлекательна, потому что она, как правило, претендует на исключительность и глубоко затрагивает личность. Кроме того, поскольку религия влияет на все аспекты жизни, она удобна в том смысле, что мораль и представления о приемлемом поведении диктуются Богом и сверхъестественным. Наука, с другой стороны, предполагает четкое разделение между природой и сверхъестественным, что делает ее роль гораздо менее всеобъемлющей, чем роль религии.

Тамбия, в противовес религиозному представлению, предполагает, что человечество имеет гораздо большие возможности личного контроля над событиями. Наука, согласно Тамбии, — это «система поведения, с помощью которой человек овладевает окружающей средой»[48]. В то время как в религии природа и сверхъестественное связаны и по существу взаимозаменяемы, в науке природа и сверхъестественное безусловно являются отдельными сферами. Кроме того, наука — это развитая дисциплина; логическое суждение создается и может быть оспорено. База научных знаний может быть расширена, в то время как религия более догматична и безусловна. Магия, наименее приемлемая из трех дисциплин в западном обществе, является совершенно уникальной концепцией.

Тамбия утверждает, что магия — это строго ритуальное действие, которое активизирует силы и объекты за пределами мира богов и сверхъестественного. При этом исходят из положения, что эти объекты и события эффективны в силу их собственной природы, так что сверхъестественное не требуется. Для некоторых, включая греков, магия выступала в роли «протонауки». Магия имеет и другое историческое значение.

Большая часть споров между религией и магией возникла во время протестантской Реформации. Католическая церковь подверглась нападкам за свою доктрину пресуществления, потому что она считалась разновидностью сакраментальной магии. Более того, отрицалась возможность того, что что-то может произойти вне Божьего замысла. Заклинания[49] считались неэффективными и богохульными, поскольку религия требовала веры в «сознательного агента, которого можно было побудить отклониться от этого изначального замысла молитвой и мольбой»[50]. Молитва была единственным способом эффективно осуществить позитивные изменения. Протестантская Реформация была наиболее значительным временем в истории магической мысли, потому что протестантизм дал импульс для рационального понимания мира. В этой систематической структуре не было места для магии и ее практик.

Помимо Реформации, Ренессанс был значимой эпохой в истории мысли о магии и науке. В эпоху Возрождения магия была менее порицаема, хотя она делалась тайно и поэтому считалась «оккультной». Магия Возрождения была основана на космологии, и ее силы, как считалось, были получены из звезд и расположения планет. Сам Ньютон начал свою работу в области математики, потому что хотел посмотреть, «имеет ли судебная (предсказывающая судьбы) астрология какие-либо претензии на достоверность»[51].

Демаркационные линии между наукой, магией и религией берут свое начало со времен, когда устоявшиеся мыслительные процессы подвергались сомнению. Подъем западной мысли по существу положил начало дифференциации между этими тремя дисциплинами. В то время как наука могла быть пересмотрена и развита с помощью рационального мышления, магия рассматривалась как менее научная и систематическая, чем наука и религия, что делало ее наименее уважаемой из трех.

Бронислав Малиновский

В своей книге «Магия, наука и религия» Бронислав Малиновский утверждает, что каждый человек, каким бы примитивным он ни был, использует и магию, и науку. Чтобы провести это различие, он прибегает к делению на «священное» и «профанное»[52] или «магия/религия» и наука. Он высказывает предположение, что чувства почтения и благоговейного трепета основаны на наблюдении за природой и зависимости от ее закономерностей. Это наблюдение и рассуждение о природе — своего рода наука. Как магия, так и наука имеют определенные цели, направленные на помощь «человеческим инстинктам, потребностям и устремлениям». [53] И магия, и наука разрабатывают процедуры, которым необходимо следовать для достижения определенных результатов. Магия и наука основаны на знании; магия — это знание себя и эмоций, в то время как наука — это знание природы.

Согласно Малиновскому, магия и религия также схожи в том, что они часто выполняют одну и ту же функцию в обществе. Разница в том, что магия больше связана с личной силой человека, а религия — с верой в силу Бога. Магия — это также то, что передается из поколения в поколение определенной группе, в то время как религия более широко доступна сообществу.

Завершая свою книгу, Малиновский задает вопрос: «Почему магия?» Он пишет: «Магия снабжает первобытного человека рядом готовых ритуалов, действий и верований, определенной ментальной и практической техникой, которая служит для преодоления опасных пробелов в каждом важном занятии или критической ситуации». [54]

Робин Хортон

В своей работе «Африканской традиционной мысли и западной науке»[55], английский антрополог и философ Робин Хортон сравнивает магическое и религиозное мышление архаичных культур с западной научной мыслью. Он утверждает, что как традиционные верования, так и западная наука являются случаями применения «теоретического мышления». Таким образом, общая форма, функция и назначение этих теоретических идиом можно структурировать и объяснить восемью основными характеристиками этого типа мышления:

  1. Во всех культурах большая часть человеческого опыта может быть объяснена здравым смыслом. Таким образом, цель теории состоит в том, чтобы объяснить силы, которые действуют за пределами и во внутренней основе мира здравого смысла. Теория должна налагать порядок и разум на повседневную жизнь, приписывая причину нескольким избранным силам.
  2. Теории также помогают поместить события в причинно-следственный контекст, больший, чем тот, что обеспечивается только здравым смыслом, потому что причинность здравого смысла по своей сути ограничена тем, что мы видим и переживаем. Поэтому теоретические формулировки используются в качестве посредников для увязки естественных последствий с естественными причинами.
  3. «Здравый смысл и теория играют взаимодополняющие роли в повседневной жизни». Здравый смысл более удобен и полезен для широкого круга повседневных обстоятельств, но иногда возникают обстоятельства, которые можно объяснить только с помощью более широкого причинного видения, поэтому делается переход к теории.
  4. «Уровни теории варьируются в зависимости от контекста». Существуют теории широкого и узкого охвата, и человек обычно может выбрать, какие из них использовать, чтобы понять и объяснить ситуацию так, как сочтет нужным.
  5. Вся теория раздробляет аспекты событий здравого смысла, абстрагирует их, а затем реинтегрирует в общее использование и понимание.
  6. Теория обычно создается по аналогии между необъяснимыми и знакомыми явлениями.
  7. Когда теория основана на аналогии между объясненными и необъясненными наблюдениями, «обычно в объяснительную модель включается только ограниченный аспект знакомых явлений». Именно этот процесс абстракции дает теориям способность выходить за рамки объяснения, предоставляемого здравым смыслом. Например, боги обладают качеством духовных существ, поскольку опускаются многие общие аспекты человеческой жизни.
  8. Как только теоретическая модель создана, она часто модифицируется для объяснения противоречивых данных, так что она больше не может представлять аналогию, на которой она была основана.

В то время как и традиционные верования, и западная наука основаны на теоретическом мышлении, Хортон утверждает, что различия между этими системами знаний на практике и в форме обусловлены их состоянием в открытых и закрытых культурах. Он классифицирует научно ориентированные культуры как «открытые», потому что они знают о других способах мышления, в то время как традиционные культуры являются «закрытыми», потому что они не знают об альтернативах установленным теориям. Различные источники информации в этих системах приводят к различиям в форме, которые, как утверждает Хортон, часто не позволяют наблюдателям видеть сходство между системами как двумя способами применения теоретического мышления.

Алан Мур

Английский писатель Алан Мур утверждает, что магия неотличима от искусства, будь то литература, музыка, скульптура или любая другая форма. Он поддерживает свое предположение тем утверждением, что магия упоминается в ранних текстах просто как «искусство». Кроме того, в прошлом книги заклинаний назывались «гримуарами», что является еще одним способом произношения слова «грамматика», а наложить заклятие означает просто произнести заклинание. Он утверждает, что магия – это просто манипуляция символами, словами или образами для достижения изменений в сознании.

История

Древний Египет

Египтяне верили, что с помощью Хека — увеличения силы Ка (аспекта души как богов, так и людей) и божественной персонификации магии — они могут влиять на богов и получать защиту, исцеление и трансформацию. Здоровье и целостность живого существа были областью влияния Хека. В древнеегипетском языке нет слова для обозначения понятия религии, поскольку мирское и религиозное мировоззрения не отделялись друг от друга; таким образом, практика Хека была не светским, а скорее религиозным обрядом. Каждый аспект жизни, каждое слово, растение, животное и ритуал были связаны с силой и властью богов.

В Древнем Египте магия состояла из четырех компонентов. Первобытная сила, которой были наделены боги-творцы, отождествлялась с богом Хека, которого сопровождали магические ритуалы, известные как «Seshaw», записанные в священных текстах «Rw». Кроме того, пациентам давали «Pekhret», лекарственные рецепты, чтобы принести облегчение. Эта магия использовалась жрецами как в храмовых ритуалах, так и в неформальных ситуациях. Эти ритуалы, наряду с медицинскими практиками, составляли комплексную терапию как для физического, так и для духовного здоровья. Магия также использовалась для защиты от разгневанных божеств, ревнивых призраков, чужеземных демонов и колдунов, которые, как считалось, вызывали болезни, несчастные случаи, бедность и бесплодие. Жрецы храма использовали жезлы во время магических ритуалов.

Месопотамия

Вера в магию и ее активная практика являлись частью религии Месопотамии В городе Урук археологи раскопали дома, датируемые V-м и IV-м веками до нашей эры, в которых были обнаружены клинописные глиняные таблички, содержащие магические заклинания.

Классическая античность

Геката, древнегреческая богиня магии

В Древней Греции магия была вовлечена в практику религии, медицины и гадания. Греческие мистерии включали в себя ярко выраженные магические компоненты, и в Египте было найдено большое количество магических папирусов на греческом, коптском и демотическом языках. Они содержат ранние образцы:

  • использование «магических слов», которые, как говорят, обладают силой повелевать духами;
  • использование жезлов и других ритуальных инструментов;
  • использование магического круга для защиты мага от духов, которых он призывает или вызывает; и
  • использование таинственных символов или сигил, которые, как считается, полезны при инвокации (призывании) или эвокации (вызывании) духов.

Практика магии была запрещена в римском мире, и Кодекс императора Феодосия (V век) гласит:

Поэтому, если какой-либо волшебник или человек, зараженный магической скверной, который по обычаю народа называется магом...будет задержан в моей свите или в свите цезаря, он не избежит наказания и пыток, защищая свое звание.

Средневековье

В популярной легенде несколько средневековых ученых считались магами, в частности римский папа Сильве́стр II (Ге́рберт Орилья́кский, ок. 946 — 12 мая 1003) и Альберт Великий (1193/1205/1206 — 1280),: оба они интересовались наукой своего времени, чего было достаточно, чтобы общественное мнение считалоо их магами.

Церковь активно препятствовала магической практике, но она оставалась широко распространенной в народной религии на протяжении всего средневекового периода. Демонология и ангелология, содержащиеся в самых ранних гримуаров , предполагают жизнь, окруженную христианскими принадлежностями и священными ритуалами. Теология, лежащая в основе этих работ по христианской демонологии, побуждает мага укреплять себя постом, молитвами и церковными таинствами, чтобы, используя святые имена Бога на священных языках, он мог использовать божественные силы, чтобы заставить демонов появляться и служить своим обычно сладострастным или алчным магическим целям.

Среди наиболее известных астрологов XIII века стоит отметить Иоанна Сакробоско (ок. 1195 — ок. 1256) и Гвидо Бонатти (ум. в конце XIII века).

Возрождение

Гуманизм Ренессанса имел следствием возвращение в жизнь герметизма и неоплатонических разновидностей церемониальной магии. С другой стороны, в эпоху Возрождения происходил подъем науки в таких формах, как свержение птолемеевской теории Вселенной, разделение между астрономией и астрологией, а также между химией и алхимией.

Семь магических искусств (artes magica) или, иначе говоря, запретных искусств (artes prohibita), противоречащих религиозным канонам, согласно классификации немецкого алхимика Иоганна Хартлиба (сочинение 1456 года), были: нигромантия[56] (включает «черную магию» и «демонологию»), геомантия, гидромантия, аэромантия, пиромантия, хиромантия и скапулимантия (гадание с использованием лопаток), и их семикратное разделение подражало свободным искусствам (artes liberales) и ремеслам (artes mechanicae). Как буржуазия, так и знать в XV и XVI веках проявляли большое увлечение этими искусствами, которые обладали экзотическим очарованием, приписывая их арабским, еврейским, цыганским и египетским источникам, и популярность белой магии возросла. Однако существовала большая неопределенность в различении практик суеверия, оккультизма и вполне обоснованных научных знаний или благочестивых ритуалов. Интеллектуальные и духовные противоречия вырвались на поверхность в виде помешательства на ведьмах раннего нового времени и еще отчетливее проявились в беспорядках протестантской реформации, особенно в Германии, Англии и Шотландии.

Барокко

Изучение оккультных искусств оставалось респектабельным интеллектуальным занятием вплоть до XVII века и лишь постепенно разделилось на современные категории естествознания, оккультизма и суеверий. В XVII веке наблюдался постепенный рост влияния «века разума», и, хотя вера в ведьмовство и колдовство и, следовательно, иррациональный всплеск ранних современных судебных процессов над ведьмами, отступили, процесс завершился только в конце периода барокко около 1730 года. Немецкий философ и юрист Христиан Томазий (1655 — 1728) все еще встречал критику, за утверждение в своей диссертации 1701 года о преступлениях магов, что бессмысленно объявлять общение с дьяволом уголовным правонарушением, поскольку изначально невозможно было таким образом действительно совершить преступление. В Великобритании Закон о колдовстве 1735 года установил, что люди не могут быть наказаны за общение с духами, в то время как псевдомаги, притворяющиеся способными вызывать духов, все еще могли быть оштрафованы как мошенники.

Британский астролог Эбенезер Сибли (1751 — 1780) писал в своей книге «Иллюстрация небесной науки астрологии. Часть четвертая. Содержащая различие между астрологией и порочной практикой экзорцизма, с общим проявлением колдовства, магии и гадания, основанного на существовании хороших и плохих духов и их связи с делами этого мира»:

[Удивительная] сила симпатии, которая существует во всей системе природы, где все возбуждается, чтобы породить или полюбить подобное себе, и тянется за ним, как железо притягивается магнитом… Существует ... такое естественное согласие и разлад, что некоторые будут процветать более пышно в обществе другого; в то время как некоторые, опять же, поникнут и умрут, будучи посаженными рядом друг с другом. лилия и роза радуются рядом друг с другом; в то время как ... плоды не будут ни созревать, ни расти в окружении, которое им враждебно. Точно так же и в камнях, в минералах ... сохраняются те же симпатии и антипатии. Одушевленная природа в любом климате, в любом уголке земного шара также обладает подобными качествами… Таким образом, мы обнаруживаем, что одна конкретная кость … в заячьей лапе мгновенно смягчает самые мучительные судороги; но ни одна другая кость или часть этого животного не может сделать ничего подобного… Исходя из вышесказанного, мы можем легко заключить, что существуют два различных вида магии; один из которых, будучи присущим оккультным свойствам природы, называется естественной магией; а другая, будучи отвратительной и противоречащей природе, называется адской магией, потому что она совершается адской силой или по соглашению с дьяволом…
Под покровом естественной магии Всемогущему угодно было скрыть множество ценных и превосходных даров, которые простые люди либо считают чудесными, либо почти невозможными. И все же, по правде говоря, природная магия — это не что иное, как творение природы, проявленное искусством; ибо в земледелии, как природа производит зерно и травы, так и искусство, будучи служанкой природы, готовит и помогает ей продвигаться вперед… И хотя многие из этих вещей, когда как они скрыты в природе, кажутся невозможными и чудесными, все же, когда они известны и обнаруживается простота, наша трудность восприятия прекращается, и удивлению приходит конец; ибо только то удивительно для созерцателя, для чего он не может постичь ни причины, ни объяснения… Многие выдающиеся философы, такие как Платон, Пифагор, Эмпедокл, Демокрит и т. д., путешествовали по всем регионам известного мира для достижения такого рода знаний; и по возвращении они публично проповедовали и учили этому. Но прежде всего, мы узнаем из религиозной и мирской истории, что Соломон был величайшим мастером в этом искусстве, не знающий равных ни до, ни после своего времени, как он сам заявил в «Экклезиасте» и «Книге Мудрости», где он говорит:
«Бог дал мне истинную науку о вещах, чтобы знать, как был создан мир, и силу стихий, начало, и конец, и середину времен, смену времен года, течение года и положение звезд, природу человеческих существ и качество животных, силу ветров и воображение ума; разнообразие растений, достоинства корней и все вещи, будь то тайные или известные, явные или невидимые».
И поэтому маги, или последователи естественной магии, считались мудрыми, а изучение — почетным; потому что оно состоит не более чем в самой глубокой и совершенной части естественной философии, которая определяет природу, причины и следствия вещей. Насколько такие изобретения, которые называются оберегами, амулетами, талисманами и тому подобным, имеют какое-либо основание в естественной магии, они могут заслуживать нашего исследования; потому что, если лечение должно осуществляться с их помощью, и это без какого-либо умаления атрибутов Божества или принципов религии, я не вижу причин, по которым их следует отвергать с тем неумолимым презрением, которое приравнивает дела Божьи к глупости и слабости людей. Не то чтобы я поощрял суеверия или становился сторонником множества абсурдов; но, когда простота естественных вещей и их последствия отвергаются просто для того, чтобы поощрять профессиональные ухищрения и вознаграждение, для нас разумно различать крайности фанатичного суеверия и полного неверия.
По мнению многих выдающихся врачей, обладающих первыми способностями и знаниями, такого рода амулеты или талисманы, состоящие из определенных пахучих трав, бальзамических корней, минеральных конкреций и металлических веществ, могли бы обладать и, скорее всего, обладали, благодаря своим сильным целебным свойствам, способностью лечить... хотя и без малейшего удивления или восхищения; потому что одно в значительной степени является следствием физического управления, которое воспринимается и видимо чувствами, в то время как другое действует с помощью внутренне присущей или оккультной силы, которую глаз не может видеть, и разум не может так легко понять; тем не менее, в обоих случаях, возможно, эффект вызван сходной причиной; и, следовательно, все подобные средства… достойны нашего уважения и должны вызывать в нас не только почтение к простой практике древних в их медицинских экспериментах, но и должное чувство благодарности мудрому Автору нашего существа, который позволяет нам такими легкими средствами устранять недуги, присущие человечеству.
Многие авторитетные авторы ... утверждают, что не только такие физические смеси, добавки, амулеты, талисманы и т. д., которые, судя по их материалу, впитывают и распространяют описанные выше медицинские свойства, должны применяться при определенных трудноизлечимых и неясных расстройствах, но также и те, которые по своей внешней форме и составу не обладают такими присущими им достоинствами, чтобы рекомендовать их; ибо вреда они не могут причинить, а добро они могут принести, случайно или благодаря силе воображения. И утверждается с очень большой правдой, что посредством надежды и страха, достаточно впечатленных в разум или воображение… Об истинности этого мы имеем Самым сильным и непогрешимым доказательством истинности этого утверждения может служить икота, которая мгновенно излечивается любым внезапным эффектом страха или удивления; ... Видя, следовательно, что такие добродетели скрыты в тайных свойствах природы, объединенных с чувством или воображением человека… без какого-либо соглашения с духами или отношений с дьяволом; мы, безусловно, должны принимать их в нашу практику и применять их так часто, как того серьезно требуют обстоятельства, хотя в некоторых случаях это может сузить профессиональное вознаграждение и материальную выгоду.

Романтизм

С 1776 по 1781 год фокусник Джейкоб Филадельфия (1735 — 1795) публично демонстрировал магические трюки, гастролируя по всей Европе и России. Исследования естествоиспытателя барона Карла фон Райхенбаха (1788 – 1869) с гипотетической витальной энергией, названной им одической силой, по-видимому, были попыткой преодолеть разрыв между магией и наукой. Интереса к магии возобновился во второй половине XIX века, когда символизм и другие направления романтизма возродили интерес к экзотическим духовным явлениям. Европейский колониализм привел жителей Запада в соприкосновение с Индией и Египтом и вновь познакомил их с экзотическими верованиями. Индуистская и египетская мифология часто фигурируют в магических текстах XIX века. Конец XIX века породил большое количество магических организаций, включая Герметический орден Золотой Зари, Теософское общество и, в частности, магические ответвления масонства. Герметический орден Золотой Зари представлял собой, возможно, вершину этой волны магии, привлекая таких знаменитых писателей, как Уильям Батлер Йейтс, Алджернон Блэквуд и Артур Мейчен.

Магия в культурном контексте

Анимизм и народная религия

Викторианская иллюстрация 1873 года, изображающая «дом Джу-джу» на Золотом побережье, на которой присуиствуют фетишизированные черепа и кости.

Появляясь у различных племенных народов от аборигенов Австралии и маори Новой Зеландии до Амазонки, африканской саванны и языческой Европы, та или иная форма шаманского контакта с миром духов, по-видимому, была почти универсальным явлением на ранних этапах развития человеческих сообществ. Большая часть вавилонских и египетских изобразительных письменных знаков производит впечатление заимствованных из одних и тех же источников.

Хотя местные исконные магические традиции сохраняются и по сей день, некоторые общины довольно рано перешли от кочевой цивилизации к земледельческой, и этот сдвиг в общественном укладе отразился на развитии духовной жизни. Подобно тому, как старейшины племен консолидировались и превратились в королей и чиновников, шаманы и адепты также превратились в жрецов и жреческую касту.

Этот сдвиг связан не только с системой терминов. В то время как задача шамана состояла в том, чтобы вести переговоры между племенем и миром духов от имени племени в соответствии с коллективной волей племени, роль жреца заключалась в передаче божественных инструкций городу-государству от имени божеств в соответствии с волей этих божеств. Данное изменение представляет собой первую крупную узурпацию власти путем дистанцирования магии от тех, кто в этой магии участвует. Именно на этой стадии развития начали появляться высоко кодифицированные и сложные ритуалы, создающие основу для официальных религий, такие как погребальные обряды египтян и ритуалы жертвоприношений вавилонян, персов, ацтеков и майя

В 2003 году Синафаси Макело, представитель пигмеев Мбути, рассказал на Форуме коренных народов ООН, что во время гражданской войны в Конго, на его народ охотились и ели, как будто они были дичью. Обе стороны войны считали их «недочеловеками», и некоторые говорили, что поедание их плоти может наделять магической силой[57].

В апреле 2008 года в Киншасе полиция арестовала 14 предполагаемых «жертв» (похищения пениса) и «колдунов», обвиняемых в использовании черной магии или колдовства для кражи (исчезновения или сокращения) мужских пенисов. По словам некоторых местных жителей, колдуны прикасались к жертвам, якобы вызывая этим исчезновение или уменьшение половых органов, с целью вымогательства денег за последующее лечение, на фоне волны паники[58]. Аресты были произведены в попытке избежать кровопролития, наблюдавшегося в Гане десять лет назад, когда 12 предполагаемых похитителей пениса были избиты до смерти толпами[59].

Медицина коренных американцев

Шаманизм, практикуемый коренными народами Америки, назывался «медициной» и практиковался знахарями. В дополнение к исцелению, такая медицина служила многим другим целям, например, у шайеннов, одного из индейцев равнин, которые жили на Великих Равнинах Северной Америки, такие «лекарства», как боевая раскраска, боевые щиты, боевые рубашки и военные шляпы служили для защиты воина от ранений во время битвы.

Магия в индуизме

«Атхарваве́да» — священный текст индуизма, в котором содержатся мантры, которые можно использовать как во благо, так и во зло. Слово мантрик в Индии буквально означает «маг», поскольку мантрик обычно знает мантры, заклинания и проклятия, которые могут быть использованы в целях или против всех форм магии. Тантра также применяется ее последователями для ритуальной магии. Многие аскеты после длительных периодов аскезы и медитации, как утверждается, достигают состояния, в котором они могут использовать сверхъестественные силы. Однако многие говорят, что они предпочитают не использовать их и вместо этого сосредотачиваются на выходе за пределы физических возможностей в сферу духовности. Говорят, что многие сиддхары совершали чудеса, которые обычному человеку совершить невозможно.

Западная магия

В XX веке в целом происходил резкий рост общественного интереса к различным формам магической практики, был основан ряд традиций и организаций, начиная от явно религиозных и заканчивая философскими.

В Англии дальнейшее возрождение интереса к магии было ознаменовано отменой последнего Закона о колдовстве в 1951 году. В 1954 году Джеральд Гарднер опубликовал книгу «Колдовство сегодня», в которой он утверждал, что раскрыл существование культа ведьм, восходящего к дохристианской Европе. Хотя многие из утверждений Гарднера с тех пор подверглись интенсивной критике со стороны источников как внутри сообщества неоязычников, так и за его пределами, его работы остаются самым важным краеугольным камнем Викки.

Недавно созданная религия Гарднера и многие другие возникли в атмосфере 1960-х и 1970-х годов, когда контркультура хиппи также породила еще один период возродившегося интереса к магии, гаданию и другим оккультным практикам. Различные ветви неоязычества и других религий Земли, появившиеся после публикации Гарднера, как правило, следуют его образцу в сочетании практики магии и религии, хотя это сочетание не является для них исключительным. Следуя тенденции магии, связанной с контркультурой, некоторые феминистки начали независимое возрождение поклонения богине. Это привело их в соприкосновение с гарднерианской традицией магической религии (или религиозной магии) и в свою очередь оказало глубокое влияние на эту традицию.

Герметический орден Золотой Зари и Телема Алистера Кроули с их последующими ответвлениями, формировавшиеся под влиянием французского оккультиста Элифаса Леви, чаще всего ассоциируются с возрождением магической традиции в англоязычном мире XX-го века. Другие аналогичные всплески интереса к магии произошли примерно в то же время во Франции и Германии. Западные традиции, посвященные природным стихиям, временам года и отношениям практикующего с Землей, Геей или древней Богиней, по крайней мере частично наследуют традициям этих магических групп, как это можно обнаружить в религиях неоязычников и различных формах современного язычества.

Предположительно по гематрическим причинам Алистер Кроули предпочел слово «магика» (magick), определив ее как «науку и искусство вызывать изменения в соответствии с волей». Под этим он подразумевал «мирские» акты изменения, так же как и ритуальную магию. В книге «Магия в теории и на практике», глава XIV, Кроули говорит:

Что такое магическая операция? Ее можно определить как любое событие в Природе, осуществляющееся посредством Воли. Под это определение подпадают и выращивание картофеля, и банковские сделки. Возьмем простейший пример магического акта: очищение носа посредством сморкания. Что необходимо для успеха этой операции? Во-первых, Воля исполняющего ее человека должна заключаться именно в том, чтобы высморкаться; во-вторых, он должен обладать носом, пригодным для сморкания; а в-третьих, в распоряжении этого человека должен иметься некий механизм, позволяющий выражать духовную Волю в материальной силе и прилагать эту силу к объекту воздействия. Воля может быть могучей, как у Юпитера, а нос — абсолютно неспособным на сопротивление; но если нервы и мышцы не образуют между первой и вторым необходимую связь в согласии с законами психологии, физиологии и физики, то нос так и останется невысморканным до скончания веков.

Западные магические традиции в значительной степени опираются на герметизм, который повлиял на Герметический Орден Золотой Зари, а также на викку и некоторые другие неоязыческие религии и современные формы язычества.

Викка — одна из наиболее известных традиций в неоязычестве, магическая религия, вдохновленная средневековым колдовством, на которую повлияли, в том числе, Герметический орден Золотой Зари и Кроули. Британский историк и социолог религии Лео Руикби показывает, что колдуны и ведьмы определяют магию по-разному и используют ее для различных целей. Несмотря на такое разнообразие мнений, он приходит к выводу, что результат для практикующего в целом воспринимается как положительный.

Израэль Регарди в своей книге «Срединный столп» утверждал, что некоторые магические практики опираются на общепринятые психологические принципы и предназначены для содействия внутренним личностным изменениям самого практикующего. Техники визуализации, например, широко используемые магами, также используются в различных контекстах в таких областях, как клиническая психология и спортивная подготовка[60].

Гипотезы приверженцев магии

Приверженцы магии считают, что она может работать по одному или нескольким из следующих основных принципов:

  • Мистическая сила или энергия, которая является природной, но в настоящее время не может быть обнаружена наукой, и которая, возможно, так и останется необнаруженной. Общепринятые термины, относящиеся к такой магической энергии, включают ману, нумен, ци или кундалини. Иногда они рассматриваются как колебания лежащей в основе всего первичной субстанции (акаша, Дух), которая присутствует во всех вещах и соединяет и связывает все. Таким образом, магическая энергия также присутствует во всех вещах, хотя она может быть особенно сконцентрирована в магических предметах. Магические энергии обычно рассматриваются как особенно чувствительные к использованию символов, так что на человека, событие или объект можно воздействовать, манипулируя объектом, который символически их представляет (как, например, в магии сигил). Это соответствует теории симпатической магии Джеймса Фрейзера.
  • Вмешательство духов, подобных гипотетическим силам природы, но обладающих собственным сознанием и разумом. Верующие в духов часто описывают целый космос существ самых разных видов, иногда организованных в иерархию.
  • Манипулирование Элементами, используя волю мага и символы или объекты, которые являются представителями элементов. Западные практикующие обычно используют классические элементы Земли, Воздуха, Воды и Огня.
  • Концентрация или медитация. Определенное количество сосредоточения или ограничение ума каким-либо воображаемым объектом (или волей), согласно Алистеру Кроули, приводит к мистическому достижению или «явлению в мозге, характеризующемуся, по существу, объединением субъекта и объекта» (Книга четвертая, Часть 1: Мистицизм). Магия, как определено ранее, стремится помочь концентрации, постоянно напоминая о внимании к выбранному объекту (или Воле), тем самым производя указанное достижение. Например, если кто-то хочет сосредоточиться на боге, он может запомнить систему соответствий (возможно, выбранную произвольно, поскольку это не повлияет на ее полезность для мистических целей), а затем заставить каждый объект, который он видит, «соответствовать» указанному богу.
Алистер Кроули писал, что « ... экзальтация ума с помощью магических практик приводит (можно сказать, вопреки себе) к тем же результатам, что и в простой Йоге». Таким образом, магика Кроули становится формой ментальной, мистической или духовной дисциплины, предназначенной для тренировки ума в целях достижения большей концентрации. Кроули также утверждал о паранормальных эффектах магии, предполагая связь с первым принципом в этом списке. Однако он определил любую попытку использовать эту силу для целей, отличных от содействия ментальным или мистическим достижениям, как «черную магию».
  • Магическая сила подсознания. Для приверженцев, которые думают, что им нужно убедить свое подсознание внести желаемые изменения, все духи и энергии являются проекциями и символами, которые имеют значение для подсознания. Вариант этого убеждения состоит в том, что подсознание способно вступать в контакт с духами, которые, в свою очередь, могут творить магию.
  • Единство всего cущего. Основываясь на фундаментальных концепциях монизма и недвойственности, эта философия утверждает, что магия — это немногим больше, чем применение собственного неотъемлемого единства со Вселенной. Опираясь на личное осознание, или «озарение», того, что «я» безгранично, человек может жить в унисон с природой, ища и сохраняя равновесие во всех вещах.

Существует еще множество гипотез. Практикующие часто смешивают эти концепции, а иногда даже сами придумывают некоторые из них. В современном течении Магии хаоса, в частности, нет ничего необычного в том, что любая концепция магии работает.

Ключевыми принципами использования Магии часто называют Концентрацию и Визуализацию. Многие из тех, кто использует заклинания, достигают ментального состояния, называемого «состоянием транса», чтобы это заклинание активировать. Состояние транса часто описывается как опустошение ума, сродни медитации.

Магия и монотеизм

Официально христианство и ислам характеризуют магию как запрещенное колдовство и часто преследуют предполагаемых ее практиков с различной степенью суровости. Другие религии, такие как иудаизм и зороастризм, занимают по отношению к ней гораздо более двусмысленные позиции. Тенденции в монотеистической мысли отвергли все подобные проявления как обман и иллюзию, не более чем нечестные уловки.

В иудаизме

В иудаизме Тора запрещает евреям быть суеверными или заниматься астрологией (Лев. 19, 26); бормотать заклинания (Втор. 18, 11); консультироваться с ов (медиумами), идони (провидцами) или пытаться связаться с мертвыми (Втор. 18, 11); входить в транс, чтобы предвидеть события, и совершать магические действия (Втор. 18, 10) [61]. Общая тема этих заповедей — запрет направлять и использовать силы скверны для личной выгоды, то есть запрет на занятие Черной Магией.

Другой вид магии может быть достигнут с помощью знаний каббалы. Поскольку каббала дает знания о духовных и концептуальных основах физического существования, тот, кто обладает каббалистическими знаниями, способен производить эффекты в физическом мире, непосредственно обращаясь к духовной основе затронутого физического объекта. Это называется «практическая каббала» и является разновидностью Белой Магии.

Применение практической каббалы было запрещено Виленским гаоном из-за снижения духовной чувствительности последующих поколений.

В христианстве

Со времен отцов Церкви христианство с подозрением относилось к магии. Однако так и не было окончательно решено, могут ли быть допустимые практики, например, связанные с реликвиями или святой водой, в отличие от «богохульной» некромантии, включающей вызывание демонов (гоэтия). Различие стало особенно острым и спорным во время охоты на ведьм раннего Нового времени, когда некоторые авторы, такие как Йоханнес Хартлиб, осуждали всю магическую практику как богохульную, в то время как другие представляли природную магию как не греховную.

Позиция, занятая Генрихом Корнелием Агриппой, одним из выдающихся магов эпохи Возрождения, неоднозначна. Персонаж Фауста, вероятно, основанный на историческом маге или шарлатане XVI века, стал прототипом героя популярной истории об ученом маге, который поддался искушению заключить соглашение с дьяволом.

Нынешний катехизис Католической церкви обсуждает гадание и магию под заголовком Первой заповеди[62].

Он с осмотрительностью допускает возможность богодухновенного пророчества, но отвергает «все формы гадания».

(2116) Все формы гадания должны быть отвергнуты: обращение к сатане или демонам, вызывание мертвых или другие практики, ложно предполагаемые для «раскрытия» будущего. Обращение к гороскопам, астрология, чтение по ладони, толкование предзнаменований и жребия, феномены ясновидения и обращение к медиумам — все это скрывает стремление к власти над временем, историей и, в конечном счете, другими человеческими существами, а также желание заполучить в свое распоряжение скрытые силы. Они противоречат чести, уважению и любящему страху, которые мы обязаны воздавать только Богу.

Раздел «практика магии или колдовства» менее категоричен, когда указывает на «попытки укротить оккультные силы», чтобы «иметь сверхъестественную власть над другими». Такие действия осуждаются как «серьезно противоречащие добродетели религии», при этом избегаются заявления о том, могут ли такие попытки иметь какой-либо реальный эффект (то есть попытки использовать оккультные практики определяются как нарушение Первой заповеди, так как они сами по себе выдают отсутствие веры, а не потому, что могут привести или не привести к желаемому эффекту).

Катехизис выражает скептицизм по отношению к широко распространенным практикам народного католицизма, не запрещая их в открытой форме:

(2117) [...] Ношение амулетов также предосудительно. Спиритизм часто подразумевает гадание или магические практики; Церковь, со своей стороны, предостерегает верующих от этого. Обращение к так называемым традиционным методам лечения не оправдывает ни призыв злых сил, ни эксплуатацию чужой доверчивости.

Некоторые утверждают, что недавно завоевавшее популярность Евангелие процветания представляет собой возвращение к магическому мышлению в христианстве. Следует также обратить внимание, что гностическое христианство имеет сильное мистическое течение, но уклоняется от практической магии и больше фокусируется на теургии, что особенно заметно по таким гностическим трактатам, как Евангелие от Египтян (из Наг-Хаммади), Марсан, Аллоген и две Книги Иеу.

В исламе

Любое обсуждение мусульманской магии создает двойной набор проблем. С одной стороны, как и ее аналог в преимущественно христианских культурах, магия запрещена ортодоксальными лидерами и правовой позицией. С другой стороны, перевод различных арабских терминов как «магия» вызывает еще один набор проблем, для которого нет четких решений.

Как и в любом вопросе, касающемся поведения мусульман в отношении разрешенных практик, богословские решения начинаются с ознакомления с Кораном. Во второй главе дается объяснение появления магии в мире:

Они последовали за тем, что читали дьяволы в царстве Сулеймана (Соломона). Сулейман (Соломон) не был неверующим. Неверующими были дьяволы, и они обучали людей колдовству, а также тому, что было ниспослано двум ангелам в Вавилоне — Харуту и Маруту. Но они (ангелы) никого не обучали, не сказав: «Воистину, мы являемся искушением, не становись же неверующим». Они обучались у них тому, как разлучать мужа с женой, но никому не могли причинить вред без соизволения Аллаха. Они обучались тому, что приносило им вред и не приносило им пользы. Они знали, что тому, кто приобрел это, нет доли в Последней жизни. Скверно то, что они купили за свои души! Если бы они только знали! (Сура 2 Аль-Бакара, 102-й аят).

Хотя это и указывает на презрительное в целом отношение к магии (противники Мухаммеда обвиняли его в том, что он волшебник[63]), в Коране проводится различие между кажущейся магией (чудеса, санкционированные Аллахом) и реальной магией. Первая из них использовалась Соломоном, который, будучи пророком Аллаха, предположительно получил в распоряжение чудесные силы с благословения Аллаха[64]. Мусульмане также верят, что Аллах создал послушную ему армию джиннов. Вторая разновидность — это магия, которой обучали «злые», или аль-шайатин. Аль-шайатин имеет два значения; в первом указывается на нечто схожее с христианским сатаной. Второе значение, которое используется здесь, относится к джинну высшей силы[65]. Джинны — это разумные существа, или духи, созданные Аллахом из огня, в отличие от людей и ангелов, которые созданы из глины и света (Q 15:26-27 ; 55:15). Аль-шайатин учил знанию зла и «притворялся, что может принуждать законы природы и волю Аллаха»[66]. Согласно этому убеждению, те, кто следует этим путем, отворачиваются от Аллаха и не могут достичь небес.

Арабское слово, переведенное в этом отрывке как «магия», — это sihr. Этимологическое значение sihr предполагает, что «это преобразование ... вещи от ее истинной природы ... или формы ... во что-то другое, что нереально или просто кажется ... »[67]

К первому тысячелетию нашей эры система sihr стала полностью развитой в исламском обществе. В рамках этой системы все маги «утверждают, что магия работает благодаря повиновению духов магу»[68]. Эффективность этой системы проистекает из убеждения, что каждая арабская буква, каждое слово, стих и глава в Коране, каждый месяц, день, время и имя были созданы Аллахом априори, и что у каждого есть ангел и слуга-джинн. Есть также подкатегория мусульманской магии, называемая simiya, часто переводимая как естественная магия. Именно благодаря знанию имен этих слуг оператор может управлять ангелами и джиннами для своих целей[69].

Суннитские и шиитские секты ислама обычно запрещают любое использование магии. Суфии в обеих сектах гораздо более неоднозначно относятся к ее использованию, как это видно из концепции «Барака» (бараках, баракат). Если магию понимать в терминах принципа передачи через контакт Фрейзера, то барака — это еще один термин, который может относиться к магии. Барака, по-разному определяемая как «благословение» или «божественная сила», — это качество, которым человек обладает, а не категория деятельности. Согласно мусульманской концепции, источником бараки является исключительно Аллах; это прямое благословение и вмешательство Аллаха, дарованное особым, благочестивым мусульманам[70]. Барака обладает выраженной способностью передаваться другим, благодаря чему его можно передать либо по наследству, либо при контакте. Считается, что из всех людей, которые когда-либо жили, пророк Мухаммед обладал наибольшим количеством барака и что он передал это своим наследникам мужского пола через свою дочь Фатиму[71]. Барака не ограничивается только семейной линией Мухаммеда; любой человек, который считается святым, также может обладать им и передавать его практически любому другому. В Марокко передача барака может осуществляться разделением куска хлеба, от которого владелец ел, потому что слюна является сосудом барака в человеческом теле. Однако передача барака может также происходить независимо от воли его владельца через другие формы физического контакта, такие как рукопожатие и поцелуи. Переходящий элемент барака не ограничивается людьми, поскольку его можно найти в камнях, деревьях, воде и даже у некоторых животных, таких как лошади[72].

Способ, которым оператор держал духов в повиновении, зависел от добродетельности или злонамеренности его практики. Злонамеренные маги действовали, порабощая духов приношениями и сделками, неугодными Аллаху. Доброжелательные маги, напротив, повиновались Аллаху и стремились умилостивить Его, чтобы Аллах проявил к духам Свою волю[73]. Аль-Буни описывает процесс, с помощью которого происходит эта практика:

Первое: практикующий должен иметь совершенно чистую душу и облачение. Во-вторых, когда контакт с нужным ангелом будет установлен, этот ангел сначала должен будет получить разрешение от Бога прийти на помощь человеку, который его призвал. Третье: практикующий «не должен применять ... [свою силу], кроме как для достижения тех целей, которые были бы угодны Богу»[74].

Однако не все исламские группы принимают это объяснение благотворной магии. Салафиты, в частности, рассматривают это как уклонение, отрицающее единство Аллаха. Следовательно, салафиты отказываются от обращений к посредникам, таким как святые, ангелы и джинны, и отказываются от магии, предсказаний и гадания[75]. Эта особая разновидность магии также была осуждена как запрещенная фетвой, изданной Университетом Аль-Азхар[76]. Далее, египетский фольклорист Хасан Эль-Шами предупреждает, что ученые часто некритично относились к применению термина sihr как к злонамеренным, так и к доброжелательным формам магии. Он утверждает, что в Египте sihr применяется только к колдовству. Человек, который практикует доброжелательную магию, «не называется saahir или sahhaar (колдун, ведьма), но обычно упоминается как шейх (или шайха для женщины), титул, который обычно используется для обозначения священнослужителя или представителя общины или старейшины, и равнозначен английскому титулу «Преподобный»[77].

Разновидности магической практики

Наиболее известным типом магической практики является заклинание — ритуальная формула, предназначенная для достижения определенного эффекта. Заклинания часто произносятся, пишутся или физически создаются с использованием определенного набора ингредиентов. Неспособность заклинания сработать может объясняться многими причинами, такими как несоблюдение точной формулы, неблагоприятные общие обстоятельства, отсутствие магических способностей, недостаточная сила воли или мошенничество.

Другой хорошо известной магической практикой является дивинация, с помощью которой предпринимаются попытки раскрыть информацию о прошлом, настоящем или будущем. Разновидности дивинации включают: астрологию, пророческие предсказания, гадание на картах, хиромантию, лозоискательство, экстиспицию (гадание по внутренностям жертвенных животных), ворожбу, геомантию, И Цзин, чтение знамений, скраинг и гадание на Таро.

Некромантия — это практика, которая, как утверждается, включает в себя призыв духов умерших и вступление с ними в контакт. Иногда это делается просто для общения с умершими близкими; это также может быть сделано для получения информации от духов, как своего рода гадание; или для того, чтобы получить помощь этих духов в достижении какой-то цели, как часть заклинания.

Разновидности магии также могут быть классифицированы по методам, используемым в их работе. Одним из распространенных способов категоризации является различие между магией контакта и симпатической магией, одна или обе из которых могут быть использованы в любой магической работе. Контактная магия включает в себя использование физических ингредиентов, которые когда-то были в контакте с человеком или вещью, на которые практикующий намеревается оказать воздействие. Симпатическая магия включает в себя использование образов или физических объектов, которые каким-то образом напоминают человека или вещь, на которые человек надеется повлиять; примером могут послужить куклы вуду. Эта дихотомия была предложена «Золотой ветвью» Джеймса Фрейзера.

Другие распространенные категории магии включают Высокую и Низкую Магию (обращение к божественным силам или духам соответственно с целями высокими или личными, в зависимости от типа магии). Другое различие заключается в «явной» и «тонкой» магии. Тонкая магия обычно относится к магии легенд, постепенно и иногда неосязаемо изменяющей мир, в то время как явная магия — это магия, которая немедленно проявляется в виде результата.

Академический историк Ричард Кикхефер делит категорию заклинаний на психологическую магию, которая стремится воздействовать на умы других людей, чтобы выполнить волю мага, например, с помощью любовного заклинания, или иллюзорную магию, которая стремится вызвать образ различных чудес. Заклинание, вызывающее в воображении банкет или делающее волшебника невидимым, было бы примером иллюзорной магии. Магия, которая чудесным образом вызывает объективные физические изменения, не имеет места среди категорий Кикхефера.

Магические традиции

Другой метод классификации магии — это «традиции», которые в этом контексте обычно относятся к комплексам или «течениям» магических верований и практики, связанным с различными культурными группами и линиями передачи. Некоторые из этих традиций весьма специфичны и культурно обусловлены. Другие более эклектичны и синкретичны. Эти традиции могут охватывать как дивинацию, так и заклинания.

Когда речь идет о магии с точки зрения «традиций», для непосвященных является распространенным заблуждением относиться к любой религии, в которой члены духовенства делают амулеты и талисманы для своих прихожан, как к «традиции магии», хотя то, что так называют, на самом деле является организованной религией с духовенством, мирянами и порядком литургического служения. Наиболее распространенными являются случаи, когда Вуду, Пало, Сантерия, Даосизм, Викка и другие современные религии и народные религии неправильно характеризуются как формы «магии» или даже как «колдовство».

Примерами магических, народно-магических и религиозно-магических традиций являются: Алхимия, Герметизм, Герметическая Каббала, Телема, Церемониальная магия, Магия сигил, Викка, Зос Киа, Магия хаоса, Сексуальная магия, Сетианство, Сатанизм, Черная магия, Тантра, Магия Друидов, Сейд, Анимизм, Даосизм, Шаманизм, Нагуализм, Психонавигация, Оммёдо (Онмёодо), Синто, Рейки, Асатру, Бенедикария, Бон, Кандомбле Джедже, Традиция Фери, Гаитянское Вуду, Вуду Луизианы, Худу, Хуна, Пало, Кимбанда, Сантерия, Западноафриканский Водун и др.

Примечания

1. Тамбия, С. Дж., «Магия, наука и сфера рациональности», стр. 6-7, В. Я. Ханеграаф, «Словарь гнозиса и западного эзотеризма», стр. 718, Марсель Мосс (1972) Общая теория магии. (Перевод R. Brain). Нью-Йорк: Библиотека Нортона. (Оригинальная работа опубликована в 1903 году), стр. 24
2. Сисероу, Чик и Сандра Табата. Основы Золотой Зари: введение в высшую магию. стр. 87-9. Регарди, Израиль (2001) Древо жизни: Иллюстрированное исследование магии, Сент-Пол, Миннесота: Ллевеллин, стр. 17. Кроули, Алистер. Магия без слез, гл. 83
3. Бенгт Анкарлу и Стюарт Кларк. «Колдовство и магия в Европе: библейские и языческие общества», Издательство Университета Филадельфии, 2001, стр. 13
4. Тамбия, С. Дж., стр 6-7
5. В. Я. Ханеграаф, стр 718.
6. См. Климент Александрийский. «Протрептик»
7. Малиновский, Бронислав. «Коралловые сады и их магия, Язык Магии и садоводства». Дувр. Нью-Йорк, 1935.
8. Остин, Дж. Л. Как делать вещи со словами. Оксфорд: Кларендон Пресс, 1962.
9. Бойе, Паскаль и Пьер Льенар. «Ритуальное поведение у одержимых и нормальных людей». Ассоциация психологических наук, 2008.
10. Тамбия, С. Дж. Магия, наука, религия и сфера рациональности. Кембридж, Великобритания: Издательство Кембриджского университета, стр. 52
11. Тамбия, С. Дж. Магия, наука, религия и сфера рациональности. Кембридж, Великобритания: Издательство Кембриджского университета, стр. 45
12. Тамбия, С. Дж. Магия, Наука, Религия и Сфера Рациональности. Кембридж, Великобритания: Издательство Кембриджского университета, стр. 59
13. Леви-Стросс, С. Эффективность символов. Гарден-Сити, Нью-Йорк, 192
14. Браун, Майкл. Подарок Цевы. Тускалуза, Алабама, 118
15. Малиновский, Б. К. (1935) Коралловые сады и их магия, Дувр, Нью-Йорк, 235
16. Тамбия, С. Дж. (1968). «Магическая сила слов». Кембридж, Великобритания. 3. 175-176
17. Тамбия, С. Дж. (1968). «Магическая сила слов». Кембридж, Великобритания. 3. 176
18. Огден, Ч. K. и Ричардс, А. A. (1923). Смысл смысла. Обсуждается в Тамбия, С. Дж. (1968) «Магическая сила слов». Кембридж, Великобритания. 3. 188
19. Тамбия, С. Дж. (1968). Магическая сила слов. Кембридж, Великобритания. 3. 189
20. Малиновский, Б. К. (1935) Коралловые сады и их магия, Дувр, Нью-Йорк, 213
21. Тамбия, С. Дж. (1968). Магическая сила слов. Кембридж, Великобритания. 3. 182
22. Тамбия, С. Дж. (1968). Магическая сила Слов. Кембридж, Великобритания. 3. 178, Малиновский, Б. К. (1935) Коралловые сады и их магия, Дувр, Нью-Йорк, 228.
23. Тамбия, С. Дж. (1968). Магическая сила Слов. Кембридж, Великобритания. 3. 179
24. Тамбия, С. Дж. 1968
25 Марсель Мосс (1972) Общая теория магии. (Перевод R. Brain). Нью-Йорк: Библиотека Нортона. (Оригинальная работа опубликована в 1903 году). ISBN 0-393-00779-0. стр. 25
26. Эванс-Причард, Э. Э. (1976) Колдовство, оракулы и магия среди Азанде. Сокращенное изд. Оксфорд: Издательство Оксфордского университета. (Оригинальная работа Опубликована в 1937 году)
27 А. Глюклих (1997). Конец Магии. Оксфорд: Издательство Оксфордского университета. стр. 87
28 С.Гинзбург, (1992). Ночные сражения (перевод Дж. и А. Тедески). Балтимор: Издательство Университета Джона Хопкинса.
29 Л. Коннор, Аш, T. и Аш, П. (1983) «Сеанс балийского транса ; Джеро на Джеро, наблюдаемый сеанс транса Баланеса» [видеозапись]. Уотертаун, Массачусетс : Документальные образовательные ресурсы
30 Марсе́ль Мосс (1972) Общая теория магии. (Перевод R. Brain). Нью-Йорк: Библиотека Нортона. (Оригинальная работа опубликована в 1903 году). ISBN 0-393-00779-0. стр. 41-44
31 Там же, стр 26
32 А. Глюклих. (1997). Конец Магии. Оксфорд: Издательство Оксфордского университета
33 Марсе́ль Мосс (1972) Общая теория магии. (Перевод R. Brain). Нью-Йорк: Библиотека Нортона. (Оригинальная работа опубликована в 1903 году). ISBN 0-393-00779-0. стр. 33, 40
34 Кроуфорд, Дж. Р. (1967) Ведьмовство и колдовство в Родезии, стр. 5, 8, 73; Приложение II.
35 Pócs (1999) pp. 10-11.
36 Многие английские и шотландские «ведьмы» были хитрыми людьми, чьи феи-фамильяры интерпретировались как демоны (Wilby, Emma 2005 Хитрые люди и знакомые Духи, стр. 123; Макфарлейн, А. 1970 Колдовство в Тюдоровской и Стюартовской Англии, стр. 127; Максвелл-Стюарт, П. Г. 2001 Колдовство в Европе и Новом Свете, 1400-1800 стр. 27); многие французские девины-партизаны были обвинены в колдовстве (Э. Уильям Монтер 1976 Колдовство во Франции и Швейцарии, ч. 7); более половины обвиняемых ведьм в Венгрии, по-видимому, были целителями (Pócs 1999, стр. 12); сохраняющаяся языческая религия и магия были одной из главных целей обвинений в колдовстве в Скандинавии со времен 1600-е годы (Максвелл-Стюарт, 2001, стр. 78-80); в России большинство судебных процессов было направлено на искоренение популярных магических практик среди едва христианизированного населения (Максвелл-Стюарт 2001 83-4); и до 18 века в Трансильвании практикующие традиционное исцеление и магию плодородия были большинством обвиняемых ведьм (Максвелл-Стюарт 2001, стр. 85).
37 Макфарлейн 1970, стр. 130; также Приложение 2.
38 Уинтроп, Роберт Х. Словарь понятий в культурной антропологии. Нью-Йорк: Гринвуд П., 1991.
39 Словарь антропологии. Оксфорд: Блэкуэлл, 1997.
40 Фелтэм Брайан «Magic and Practical Agency», в Rational Magic 2011 издательство Fisher Imprints Oxford, isbn 1-84888-061-8 ; Хендрикс Скотт Э. Предисловие к рациональной магии: Культурные и исторические исследования в магии 2011 г. Fisher Imprints Oxford, isbn=1-84888-061-8
41 Фрейд (1950, 83), цитируя Фрейзера (1911, 1, 420).
42 Фрейд (1950, 83).
43 Фрейд (1950, 84).
44 Марсель Мосс (1972). Общая теория магии (перевод R. Brain). Нью-Йорк: Библиотека Нортона. (Оригинальная работа опубликована в 1903 году). ISBN 0-393-00779-0
45 Марсель Мосс 1972 стр. 24
46 Марсель Мосс (1972) Общая теория магии (перевод R. Brain). Нью-Йорк: Библиотека Нортона. (Оригинальная работа опубликована в 1903 г.). стр. 92
47 Тамбия, С. Дж. (1990). Магия, наука, религия и сфера рациональности, Кембридж: Издательство Кембриджского университета, стр. 2
48 Тамбия, С. Дж. (1990). Магия, наука, религия и сфера рациональности, Кембридж: Издательство Кембриджского университета, стр. 8
49 Сертифицированная Ассоциация заклинателей заклинаний, Калифорния, 18 января 1997 г.
50 Тамбия, С. Дж. (1990). Магия, наука, религия и сфера рациональности, Кембридж: Издательство Кембриджского университета, стр. 19
51 Тамбия, С. Дж. (1990). Магия, наука, религия и сфера рациональности Кембридж: Издательство Кембриджского университета, стр. 28
52 Малиовский, Бронислав. Магия, Наука и религия и другие Эссе. США: Anchor Books, 1954. (стр. 17)
53 Малиовский, Бронислав. Магия, Наука и религия и другие Эссе. США: Anchor Books, 1954. (стр. 86)
54 Малиовский, Бронислав. Магия, Наука и религия и другие Эссе. США: Anchor Books, 1954. (стр. 90)
55 Хортон, Р. (1967) «Африканская традиционная мысль и западная наука». Африка 37(1-2), 50-71, 155-187. Rpt. как «Африканская традиционная мысль и западная наука." Рациональность. Под ред. Брайана Р. Уилсона. Оксфорд: Бэзил Блэкуэлл, 1984
56 произошло от народно-этимологического переосмысления слова «некромантия» в романских языках: от др.-греч. νεκρός «мёртвый» в лат. niger «чёрный»
57 http://news.bbc.co.uk/2/hi/africa/3869489.stm DR Congo Pygmies 'exterminated'], http://www.timesonline.co.uk/tol/news/world/article402970.ece Pygmies struggle to survive
58http://www.reuters.com/article/oddlyEnoughNews/idUSN2319603620080423?feedType=RSS&feedName=oddlyEnoughNews&rpc=22&sp=true Penis theft panic hits city..], Reuters
59 http://edition.cnn.com/WORLD/9701/18/briefs/ghana.penis.html 7 killed in Ghana over 'penis-snatching' episodes, CNN, January 18, 1997.
60 Журнал Американской медицинской ассоциации «Психология шахмат». JAMA, 20 октября 2004; 292: 1900
61 См. 613 Мицвот
62 Катехизис католической церкви, английская версия, раздел 3.2.1.1.3
63 «Магия в Оксфордских исламских исследованиях» онлайн http://www.oxfordislamicstudies.com/article/opr/t125/e1374
64 Значение Священного Корана. Перевод Абдуллы Юсуфа Али. Amana Publications. 2001. Али поддерживает это предположение в своем комментарии к этому отрывку: «.. .. Соломон не занимался никакими искусствами зла» (Q 2:102, примечание 103)
65 Гибб, Г. А. Р. и Й. Х. Крамерст. 1965. Краткая энциклопедия ислама. Итака: Корнелл. стр 523-524.
66 Ali, Q 2:102, примечание 103
67 Гибб, стр. 545
68 Гибб, стр. 546:78 Полное обсуждение simiya, см. в книге ибн Халдуна Мукаддима: «Введение в историю». Перевод Франц Розенталь. 2-е издание, 1967. Том 3, стр. 171-227.
69 Эль-Шами, Хасан. Неопубликованная Рукопись. Народные верования и обычаи в Египте. стр. 28
70 Вестермарк, Эдвард Александер. 1926. Ритуал и вера в Марокко. Лондон: Макмиллан. стр. 35
71 Вестермарк, стр. 36. Хотя Вестермарк не уточнил это утверждение, акцент на мужской линии через Фатиму, по-видимому, имеет суфийское или шиитское происхождение, а не суннитское.
72 Вестермарк, стр. 41-97.
73 Аль-Надим, Мухаммад ибн Исхак. Фихрист аль-Надима. Отредактировано и переведено Баярдом Доджем. Нью-Йорк: Колумбия, 1970. Стр. 725-726.
74 Эль-Шами. Народные верования и обычаи в Египте. стр. 34.
75 Думато, Элеонора Абделла. 2000 Получение Божьего внимания: Женщины, ислам и исцеление в Саудовской Аравии и Персидском заливе. Нью-Йорк: Колумбия. стр. 34.
76 Эль-Шами. Личное общение
77 Эль-Шами. Народные верования и обычаи в Египте. стр. 33

Библиография

  • Eliza Marian Butler Ritual Magic, University Park, The Pennsylvania State University Press, 1949; Reprint 1998
  • Margot Adler|Adler, Margot (1987). Drawing Down the Moon: Witches, Druids, Goddess-Worshippers, and Other Pagans in America Today. ISBN 0-14-019536-X
  • James Frazer|Frazer, J. G.]] (1911). The Magic Art (2 vols.) (The Golden Bough, 3rd ed., Part II). London.
  • Totem and Taboo: Some Points of Agreement between the Mental Lives of Savages and Neurotics. 1950. W. W. Norton & Company. New York. isbn=0-393-00143-1
  • Mary K. Greer|Greer, Mary K. (1996) Women of the Golden Dawn. Llewellyn. ISBN 0-89281-607-4
  • Grillot de Givry|de Givry, Grillot (1954). Witchcraft, Magic, and Alchemy, trans. J. Courtney Locke. Frederick Pub.
  • Ronald Hutton|Hutton, Ronald (2001). The Triumph of the Moon: A History of Modern Pagan Witchcraft. Oxford. ISBN 0-19-285449-6.
  • Hutton, Ronald (2006). Witches, Druids, and King Arthur. Hambledon. ISBN 1-85285-555-X
  • Kampf, Erich (1894). The Plains of Magic. Konte Publishing.
  • Richard Kiekhefer|Kiekhefer, Richard (1998). Forbidden Rites: A Necromancer's Manual of the Fifteenth Century. Pennsylvania State University. ISBN 0-271-01751-1.
  • Leo Ruickbie|Ruickbie, Leo (2004). Witchcraft Out of the Shadows. Robert Hale. ISBN 0-7090-7567-7.
  • Stark, Ryan. Rhetoric, Science, and Magic in Seventeenth-Century England. Washington, DC: The Catholic University of America Press, 2009.
  • Thomas, N. W. (1910–11). «Magic». Encyclopædia Britannica, 11th ed., vol. 26, p. 337.
  • Lynn Thorndike. A History of Magic and Experimental Science. New York. Macmillan.1923–1958. 8 volumes.isbn=0-231-08794-2
  • Arthur Edward Waite|Waite, Arthur E. (1913) The Book of Black Magic and of Pacts, London. J.B. Haze
  • Roth, Remo F.: Return of the World Soul, Wolfgang Pauli, C.G. Jung and the Challenge of Psychophysical Reality [unus mundus]. Pari Publishing, 2011, ISBN 978-88-95604-12-1.